Приколисты

418 267 подписчиков

Свежие комментарии

  • Вера Ксенофонтова (Артемьева)
    Спасибо. Потрясающе! Ощутила весь ужас человека, мечущегося в темноте между мчащихся машин. И порадовалась счастливом...ПОЖАЛУЙСТА!!!
  • Evgeniy LeV
    Правильнее будет не "наней", а "подним" ... ))) А может и "наней", если речь идет про хозяйку 😀Только россиянин ...
  • Вера Ксенофонтова (Артемьева)
    Спасибо. Вам и вашим любимым хвостикам здоровья и долгих лет жизни.😻СЕМЬ ЗУБОВ

Вечный спор

Но тут за дверьми салуна раздалось кошачье подвывание. Там явно пара кошек ссорились из-за большой рыбы. Подвывание перешло в рычание, визг и звук драки…

Они сидели в баре, переделанном из здания старинного салуна. Бармен, который одновременно являлся хозяином, когда-то выкупил его у города за гроши, поскольку, строение было ветхое, а желающих восстанавливать его не было. Да и у города денег на это не предвиделось.

Он продал свою квартиру в центре Лос-Анжелеса и, переехав сюда вместе с женой, восстановил старое место встреч ковбоев за стаканчиком виски. Идея была проста.

Барная стойка есть, небольшая сцена для выступлений присутствует. Всё из дерева и пахнет соответственно. Поэтому, он приделал длинный деревянный ангар и наполнил его столами, скамейками и стульями, выпиленными из цельных стволов. Стол – половина ствола длиной метра в два. И соответствующие скамейки. Получилось очень хорошо, вот только…

Кто теперь будет ходить сюда? Так, иногда заходили любители старины и деревянных построек. Пахло тут дивно - старым и новым деревом, крепкими напитками, пивом и приключениями дикого Запада.

Но посетителей было немного. Да и исполнители не очень жаловали это место. Ну что делать здесь стендаперу или известной группе, тем более, что денег у хозяина не водилось, а зрителей было немного.

Вот в таком баре и сидели два человека. Недалеко от сцены.

Один - высокий, слегка сгорбленный и одетый во всё черное, с черной, длинной шевелюрой, вытянутым лицом, орлиным носом и черной же бородой клинышком. Острый, как нож, нос дополняли выразительные, огромные, черные глаза с черными зрачками, в которых время от времени вспыхивали огоньки.

Напротив - полная противоположность. Тоже высокий мужчина с открытым светлым лицом, голубыми глазами, копной пшеничных всклокоченных волос и квадратной саженью в плечах. Лицо его было совершенно спокойно. В отличие от всё время нервно подергивающейся физиономии собеседника.

Они сидели напротив, по разные стороны стола, и смотрели друг на друга. Черный человек пил густой пахучий пунш и время от времени покусывал солёные орешки. Голубоглазый потягивал имбирное пиво со вкусом вишни.

- Они думают…- кивнул человек в черном костюме на бармена. - Они думают, - повторил он, - что их создали, чтобы они, видите ли, развивались.

И он скривил свои тонкие, как черточки на лице, губы.

- Они мнят себя вершиной цивилизации и предполагают, что развиваются. И наверное, гордятся тем, как далеко зашли в своём прогрессе. А на самом деле…

На самом деле, только научились убивать друг друга более сложными способами и в большем количестве. А души их не стоят и ломаной копейки! И, ей богу…

Ей богу, - повторил он. - Если бы они в конце концов не научились делать такие приятные забегаловки, то пришлось бы стереть к такой-то матери весь этот сброд, возомнивший о себе невесть что.

Им и в голову прийти не может, что единственное, чего от них ожидали, это именно такие места, куда мы можем время от времени спуститься и развеяться.

А то - прогресс… - усмехнулся он. - Им кажется, что они далеко ушли от неандертальцев. Интересно, почему?

И тут двери бара, которые были ещё старыми, как от салуна, распахнулись в обе стороны, и в зал ввалилась компания из четырех явно подвыпивших мужчин.

На ломанном английском они подозвали бармена и заказали четыре бокала светлого пива. Распорядились подать им всем пустые тарелки. При этом они вытащили из спортивной сумки огромную вяленую рыбу. Лещ.

Зал мгновенно наполнился таким резким запахом, что мужчина с черными волосами поморщился, и его нервное подвижное лицо выказало отвращение, презрение и ненависть одновременно.

- Ну?! - спросил он человека со светлой копной волос. - Что я говорил? Чем эта четверка отличается от неандертальцев, чем?!

- Ну… - начал ответ светловолосый.

- Нет!!! - вскрикнул черноволосый. - Не отвечай! Ничем, хотя… Конечно отличаются. Те такими свиньями не были.

А бармен уже стоял возле стола с пьяными посетителями и огромной разлегшейся на столе вяленой рыбой.

- Господа, господа, - уговаривал он кричавшую компанию. - У меня только одна моечная машина. Я не смогу помыть ваши бокалы. Потому что, тогда будут пахнуть рыбой все остальные. Пожалуйста… Ну, пожалуйста. Уберите её. Я вам сейчас принесу солёные орешки и палочки.

Компания дружно заржала. И от этого смеха лицо черноволосого человека дёрнулось и перекосилось, как от физической боли. Один из мужиков привстал и, вытащив из кармана сто долларов, засунул в карман передника бармена-хозяина.

- Иди отсюда, - сказал он. - Это тебе за труды. И не смей нам мешать. Будешь приносить столько бокалов, сколько нам понадобится!

И они все опять заржали. Бармен, тяжело вздохнув и понурив голову, пошел за стойку.

Светловолосый человек укоризненно посмотрел на веселящуюся четвёрку, а потом на своего напарника.

- Они сами не понимают, что творят, - сказал он ему. - Но в душе… они хорошие.

Черноволосый усмехнулся, его тонкие губы скривились.

- Да, да, - ответил он. - Куда уж лучше? Эти душонки…

Он хотел что-то добавить, но передумал.

На среднем пальце левой руки черноволосого мужчины было большое кольцо с необычным камнем. Кроваво-красным. Выпуклым. Словно маленький мячик, обрамлённый червленым серебром. Камень переливался разными оттенками красного, хотя не имел граней, и от этого, казалось, что он светится изнутри.

Черноволосый повернул кольцо камнем вниз и, слегка приподняв ладонь, опустил её и стукнул кольцом о деревянный стол…

Вдруг внутри бара-салуна пронёсся легкий ветерок, и будто серебряный колокольчик прозвенел. Подвыпившая компания не обратила, разумеется, на это внимания, и напрасно…

Из-под огромного леща, прямо по столу ко всем четверым побежали тараканы! Сперва один, потом десять, а потом… Масса! Огромные, рыжие, с длинными усами.

Мужики вскочили и отчаянно закричали, протрезвев в мгновение ока. Но на этом не закончилось. Прямо из недр большой рыбы, как взрыв, вылетело облако навозных мух, которые с противным жужжанием облепили руки, лица и шеи всех четверых.

Они, падая, отмахиваясь и вереща от страха и отвращения, выбежали в двери, и вскоре огромный черный джип, дёрнувшись, взревел и понёсся по направлению к шоссе.

Бармен стоял за барной стойкой, онемев. Он видел, как четыре пьяницы, вдруг, ни с того ни с сего, стали отчаянно кричать. Затем вскочили и, замахав руками, попадали. А потом, кто на четвереньках, а кто полусогнувшись и смахивая что-то с лица, бросились к выходу.

Немного погодя он подошел к их столу и стал убирать. Бокалы он выбросил в мусорное ведро, а большую рыбу, осторожно взяв за края руками в резиновых перчатках, вынес из бара.

- Ну? - спросил черноволосый голубоглазого. - Как тебе этот прогресс? Не пора ли прекратить этот странный эксперимент? Хотя…

Куда мы с тобой тогда будем ходить, чтобы приятно посидеть и пообщаться? Это место мне нравилось ещё со времён салунных.

Помнишь, какие здесь славные попойки были? А перестрелки, а девочки, а пианист? Как славно он играл!

Светловолосый улыбнулся.

- Конечно, помню, - ответил он. - И двухсот лет не прошло. Разве забудешь такое? Ну, вот, видишь? А ты вечно недоволен чем-то. Научился бы радоваться…

Но тут за дверьми салуна раздалось кошачье подвывание. Там явно пара кошек ссорились из-за большой рыбы. Подвывание перешло в рычание, визг и звук драки.

источник фото: img-fotki.yandex.ru

Лицо черноволосого опять стало подёргиваться.

-Терпеть не могу котов! - сказал он голубоглазому.

На пороге салуна-бара появилась парочка кошек. Они сели, а потом, осторожно принюхиваясь и облизываясь, медленно направились к барной стойке.

- Это ещё что такое? - возмутился черноволосый.

Бармен, заметив кошек и недовольство двух единственных посетителей его заведения, тяжело вздохнул и поднял глаза к потолку.

- Нет там никого, - прокомментировал его движение черноволосый.

Бармен снова вздохнул и строго посмотрел на двух кошек, но тут его лицо разгладилось и просветлело.

- Ну конечно! - воскликнул он. - Они же пить хотят после рыбы. Как же я не сообразил?

И он, стукнув себя правой ладонью по лбу, схватил небольшую пластмассовую ёмкость и, наполнив её водой, побежал к выходу из бара. Кошки, мяукая, пошли за ним.

- Ну? - спросил светловолосый, - Что на это скажешь?

Черноглазый нахмурился:

- Ничего хорошего не скажу. Антисанитария!

- О, Господи, - вздохнул светловолосый и поднял вверх свои небесно-голубые глаза.

- Нет там никого, - заметил второй раз черноволосый.

Бармен вернулся. И, проходя мимо их стола, был остановлен высоким мужчиной в черном костюме.

- Это вы что же? Кошек в бар запускаете? - строго спросил он бармена. - Разве можно? Они же грязные, блохастые, а мы тут кушаем… Нехорошо.

Бармен покраснел и склонил голову.

- Они не грязные, - сказал он. - И блох у них нет. Я их купаю и регулярно к врачу вожу.

- О как! - заметил светловолосый и голубоглазый мужчина.

А черноглазый нахмурился ещё сильнее. Казалось, вокруг его головы закружили грозовые тучи.

- Ты что же? - настаивал он. - Кормишь этих тварей при баре? Там, почти, где и нас?!

Бармен покраснел ещё больше.

- Кормлю, - сказал он. - Они же голодные… Кушать хотят, - объяснил он черноволосому мужчине. - Что же они, не люди, что ли?

- О как! - повторно заметил светловолосый и голубоглазый.

А черноглазый… Его глаза стали метать молнии от возмущения.

Бармен тяжело вздохнул, понимая, что сейчас уйдут и эти единственные посетители. Он развернулся и, тяжело шаркая ногами, пошел к стойке.

- А ну-ка! - вскрикнул черноволосый. - Иди сюда.

И бармен вернулся.

Черные пронзительные глаза черноволосого человека сверлили его.

- Повтори, что ты сказал о них? - грозно велел мужчина с орлиным носом.

- Я говорю... Они тоже люди! - повторил обречённо бармен. - Кушать они хотят.

Черноволосый несколько секунд смотрел не него, а потом повернул своё кольцо камнем вниз и приподнял ладонь.

- Нет!… - вскрикнул мужчина с голубыми глазами, но…

Ладонь уже упала на стол. По залу пронёсся ветерок и звук колокольчика.

Бармен застыл на месте, а потом в его кармане зазвонил телефон. Он ожил и, достав его правой рукой, приложил к уху.

Через несколько секунд глаза его расширились, челюсть отвисла, и он выронил трубку. По его щекам текли слёзы.

- Спасибо тебе, Господи! - сказал он и поднял глаза вверх.

- Нет там никого, - опять ответил черноволосый.

- Два шестьсот… - проговорил бармен трясущимися губами. - Мальчик. Родила. А врачи говорили… Врачи говорили, что невозможно, и она умрёт.

Он, ничего не видя от слёз, повернулся и побрёл к стойке.

Светловолосый мужчина перевёл изумлённый взгляд на черного человека.

- Ты?… - спросил он.

Но закончить фразу не успел, потому что бармен вернулся. Он нагнулся, схватил телефон и, судорожно набирая номер, опять бросился к стойке, сшибая по дороге стулья.

Черноволосый мужчина сидел, довольно поглядывая на светлого человека.

- Не поймёшь тебя, - заметил тот, присаживаясь. - Вот, никогда не поймёшь тебя! Наверное, поэтому-то ты и в изгнании.

И они опять разговорились. А через несколько минут к ним подлетел бармен.

- У меня жена родила, мальчика! - прокричал он, - оба здоровы и чувствуют себя хорошо.

Он поставил на стол большой поднос, полный закусок и бокалов с пивом:

- Это вам, господа. За мой счет. Отметьте, пожалуйста. Тем более, что я пить не могу на работе. А вдруг, кто-то ещё зайдёт?

- Ещё как зайдёт! - усмехнулся черноволосый.

И вдруг, словно в ответ на его замечание, возле бара остановилось два автобуса.

Огромная толпа, вывалившая из одного, ворвалась в зал и бросилась занимать места за столами. Они горланили, пели и требовали пива и солёных орешков, а из второго - выгружались несколько человек. Они несли музыкальные инструменты.

- Вы кто такие? - спросил их бармен, наблюдая, как они, будто у себя дома, расставляли своё оборудование на маленькой сцене.

- Как же? - удивился одни из них. - Вы же сами приглашали нас месяц назад. Джон Фуллбрайт с группой. А это наши поклонники. Да, и ещё… Я надеюсь, вы не откажитесь. Мы пригласили с нами парочку стендапистов.

И работа закипела. Бармен мотался, как заведённый. Он позвонил нескольким знакомым, и вскоре зал наполнился женским щебетанием. С десяток девушек разносили пиво и закуску. Они шутили и смеялись. И все вокруг говорили, шутили смеялись, а на сцене…

Джон с музыкантами начал петь – “Satan and st. Paul”, а потом, разумеется, свою знаменитую “Fat man” и ещё…

А в перерыве, когда музыканты спускались в зал за приготовленный для них столик перекусить и пригубить пива и немного виски, стендаписты соревновались. И все смеялись и хлопали.

А над салуном-баром стояла огромная полная Луна, и звёзды играли свою музыку…

В углу по-прежнему сидели два человека. Один - весь в черном, с черными длинными волосами, бородкой клинышком и орлиным носом. Он презрительно кривил лицо и что-то выговаривал своему товарищу.

Высокому, светловолосому мужчине с небесно-голубыми глазами и косой саженью в плечах, а тот…

Подпевал Джону Фуллбрайту и смеялся шуткам стендапистов. Он смотрел на своего напарника и улыбался. А тот ещё больше заводился от этого.

И спор их не кончится никогда, пока будут такие замечательные салуны-бары. И такие замечательные бармены, которые называют кошек – людьми.

И может, не всё ещё потеряно? Может, ещё не всё. Если только мы поймём…

Остановимся и поймём, что мы и созданы были именно для этого. Для этой прекрасной ночи. Бокала имбирного пива. Песни, улыбки и…

Счастливых глаз бармена, ставшего отцом.

Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО 

Картина дня

наверх